Яндекс.Метрика

Военно-грузинская дорога

Всем поселенным казакам от казны выдавались ру-жья, шашки, пистолеты и порох. Каждый получал в соб-ственность строевую лошадь со сбруей, а также боевую и мундирную амуницию. Провиант выдавался всем ка¬закам, как служившим, так и не служившим. На доволь¬ствии они оставались до тех пор, пока сами не могли обе-спечить себя. В каждую станицу назначался смотритель- офицер. Он подчинялся непосредственно владикавказ-скому коменданту и отвечал за порядок и исполнение распоряжений властей в станице.
Работы по обустройств)’ станиц производились под наблюдением кавказского военного командования, ко-торое ежемесячно отчитывалось перед центральным российским правительством. Малейшая неурядица, свя-занная с казачьими станицами вызывала гнев царя, по-лагавшего что это «неудобно в политическом отноше¬нии, ибо окружающие горцы могут смотреть на это с не-выгодной стороны». «Неудобно еще и потому, — отчиты-вал военный министр командующего Кавказской арми¬ей, — что станицы эти находятся на линии главного со-общения нашего с внутренними российскими губерни¬ями и потому необходимо, чтобы подобные места отли¬чались особым благоустройством». В 1840 г. на исправ¬ление ситуации и строительство в станицах церквей, ла¬заретов, базаров, школ, мельниц Военное министерство дополнительно отпустило 35 тыс. рублей185. Женатые ка-заки до полного обустройства в станицах не назначались на службу, исключая защиту своих жилищ. Кордонную службу несли неженатые казаки, а для усиления охраны привлекались части Донских и Линейных казаков.
Военная администрация выражала заинтересован-ность в увеличении численности станичников. Она поо-щряла холостых казаков к вступлению в брак, к обзаве-дению хозяйством и обоснованию в станицах на посто-
янное жительство. Те же, в свою очередь, «видя сравни-тельно более выгодное положение женатых, и их почти полную свободу от службы, охотно женились, и тем до-стигалась намеченная правительством цель»186.
Но, несмотря на рост населения станиц, военное командование считало его недостаточным для охра¬ны 105-верстной дороги. Между станицами «остава¬лись огромные интервалы, через которые легко могли проникнуть отряды горцев». Чтобы обезопасить уязви¬мые участки в штатное расписание 1-го Владикавказ¬ского полка приказом военного министра А.И. Черны¬шева от 23 ноября 1842 г. были включены четыре воен¬ных поселения: Владикавказское, Николаевское, Алек¬сандровское и Погорелодубское (переименованное за¬тем в Котляревское), основанные в конце 1830-х — начале 1840-х гг. по примеру Новгородских и Чугуевских воен¬ных поселений. Они были созданы на основании высо¬чайше утвержденного положения о военных поселени¬ях на Кавказе от 10 октября 1837 г. Поселения формиро¬вались из числа женатых солдат, прослуживших в частях Кавказской армии пятнадцать и более лет.
В 1842 г. все военные поселения были преобразова¬ны в станицы, а жившие в них солдаты причислены к разряду казаков. В восьми казачьих станицах Владикав¬казского казачьего полка насчитывался 791 двор, в том числе в Ардонской — 69, Архонской — 81, Урухской -65, Пришибской — 74, Николаевской -193, Владикавказской — 93, Александровской — 121, Котляревской — 95. Насе¬ление полка в 1842 году составляло 3173 человека. В че¬тырех станицах Ардонской, Архонской, Николаевской и Владикавказской, расположенных на территории совре-менной Северной Осетии проживали 2011 человек187.
На основании уже упомянутого приказа военного министра от 23 января 1842 г. к 1-му Владикавказскому
казачьего полку причислили также 1-й Малороссийский полк, располагавшийся на постах Военно-Грузинской до¬роги. Усиленный подобным образом, Владикавказский полк был передан в ведение наказного атамана Кавказ-ского линейного войска как боевая единица. С этого вре-мени станичники обязывались исполнять военные по-винности, связанные с несением полевой и внутренней службы. ^
Казаки по роду службы подразделялись на две кате-гории: сторожевые и полковые. Первая категория фор-мировалась за счет наиболее здоровых, сильных, лов¬ких и смелых мужчин, «ездоков», которые осуществля¬ли охранные функции в станицах и на равнинных про-странствах вдоль Военно-Грузинской дороги. Из их же среды обычно выделялись станичные вожаки. Во вто¬рую категорию попадали так называемые «худые» ка¬заки, безлошадные и по физическим показателям менее приспособленные к тяжелой полевой службе. Они, как правило, несли береговую (охранную) службу в горо¬дах. В соответствии с характером и уровнем опасности службы казакам устанавливалось денежное и натураль-ное жалование. Естественно, что жалование сторожевых казаков было выше, чем полковых.
Изначально, исходя из жизненных реалий, жители казачьих станиц психологически ощущали себя во враж-дебном окружении. Эти настроения передавались даже мирно воспринявшим их соседям — осетинам, начавшим осваивать равнину прежде станичников. Со временем отношения между казаками и осетинами осложнились. Причиной тому явилось перераспределение в пользу станиц части земель, уже занятых переселившимися на равнину горцами.